О национальном напитке и национальном характере


Придание гласит, что когда Владимир Красно Солнышко выбирал религию, то сказал: «Руси есть веселие пити, не можем без этого быти». С той поры история России каким-то странным образом тесно переплелась в одну веревочку с 40-градусной. Водка буквально стала частью национального имиджа России. И это обстоятельство, с которым надо не то, чтобы смириться, а посмотреть на него с позитивной точки зрения. Что мы и попытаемся сделать.

Для начала, о главном преимуществе русского национального напитка. Только мы, русские, действительно можем гордиться оригинальностью своей рецептуры изготовления водки. Ни в одной другой стране не готовят ее так, как у нас в России – именно на живой воде. Во всем остальном мире воду под водку дистилируют. Благодаря такой своей «изюминке» русская водка веками нарабатывала себе статус качественного стратегического продукта.

Водка — в музее

Между тем, многие русские знаменитости, оставившие след в истории государства, неоднозначно подходили к оценке этого напитка. За примером далеко ходить не надо – новую струю в историю русской водки внесло решение московского правительства от 25-го июля 2002 года о праздновании 500-летия русской водки в 2003 году, тогда столичный мэр Юрий Лужков вдруг заговорил о водке как о культурном национальном явлении. Заявление московского головы, что 40-градусной вот-вот стукнет полсотни лет, вызвало небывалый резонанс в обществе. Различные специалисты, историки и культурные деятели, всполошились, стали вспоминать основные вехи существования горького напитка. Многих такое оживление вокруг 40-градусной даже подвигло на создание водочных музеев.

Так, совсем недавно в Москве состоялось открытие очередного Музея водки в Измайловском Кремле. Точнее, не очередного, а уже действующего — просто знаменитый петербургский «Музей Истории Водки» переехал в столицу, что неслучайно, поскольку именно Москву принято считать местом появления русской водки.

Сегодня такое словосочетание как «музей водки» уже не режет слух ни обывателям, ни интеллигентам. Но еще пять лет назад для большинства из нас оно звучало как сенсация. Вот как описывает первую в России выставку подобной тематики Lenta.Ru в 2000-м году: «В Подольске открылась выставка «Русское застолье». Она приурочена к 500-летию появления в России водки. На выставке представлены 400 экспонатов — от коллекции старинных бутылок до новейших образцов вин и коньяков производства предприятий группы «Ост» (инициатора выставки), которые скоро поступят в продажу <…> Здесь же открыт «выставочный трактир», где можно продегустировать продукцию предприятий группы<…> Этот трактир, как и всю экспозицию, в Подольске уже называют «культурной водочной сенсацией»…»

«На данный момент экспозиция нашего музея насчитывает около 1500 предметов, самые старые из них датируются концом XVII века, — рассказывает директор того самого музея «Русское застолье» Елена Ивановна Архарова уже в этом году, во время апрельского пресс-тура журналистов на черноголовский ликеро-водрчный завод. Там как раз и разместилось это культурное учреждение. – Основная часть выставочного материала – это предоставленная в дар музею коллекция депутата Госдумы и основателя «Ост-Алко» Владимира Пекарева. Бутылки, пробки, этикетки и прочие аксессуары алкоголя – все прошло атрибуцию, то есть специальную экспертизу в Государственном историческом музее. От каждого из этих экспонатов веет духом русского застолья. А русское застолье, я вам скажу, имеет колоссальные и интереснейшие традиции».

Пир «чисто по-русски»: «дикая» медовуха и одна ложка на всех гостей

Так, например, во времена правления Бориса Годунова пиры устраивались по истине с чисто русским размахом: длились они до шести недель, а гостей насчитывали около 10 тысяч. «Ритуал приглашения и приема гостей был следующий, — поясняет Елена Ивановна. — Самых знатных хозяин пира пропускал вперед себя, сам шел сзади. Тех, кто по статусу ниже, примечали красной дорожкой, еще ниже статусом — встречали на крыльце. Остальные проходили сами. Кстати, часть этой традиции, как мы можем сегодня убедиться, сохранилась — красным ковром до сих пор принято встречать дорогих гостей в аэропорту».

Интересный исторический нюанс — на первых русских пирах на всех подавалась одна деревянная ложка! Тосты за столом поднимались за каждого гостя в отдельности. Первый, конечно, звучал в честь государя, второй – за силу русского оружия, третий – за верховное духовное лицо, а дальше — до последнего гостя. Между прочим, простонародью пить позволялось только по трем поводам: рождение, смерть и по случаю побед русских войск.

«В качестве алкоголя древние русичи использовали мед, — продолжает экскурсию в прошлое директор музея. – Нет, это не та медовуха, которую сегодня можно приобрести в любой деревенской лавке. Это был настоящий мед диких пчел, который заквашивали и получали красные, желтые и белые медовые напитки, достигающие 60-ти градусов. Были также и слабоалкогольные напитки, которые дозволялось пить в течение месяца молодоженам. Отсюда, кстати, и пошло выражение «медовый месяц».

Стоит сказать, что обряд медоварения причисляется к язычеству, поэтому с приходом христианства, от этой традиции стали отходить. Кроме того, увеличение посевных площадей сократило количество диких пчел, а у русского человека постепенно накапливаются избытки зерна, которым он находит конкретное применение. Так, на смену медовухе приходит зерновая водка.

«Мы, русские, к водке относимся двояко, — считает Елена Архарова. – У нас нет определенной академической монографии истории своего национального напитка, как, например, у французов или других иностранцев. Того же француза, любого, ночью разбуди — он тебе «как от зубов» расскажет историю появления коньяка, которым они так гордятся. Хотя это произошло совершенно случайно. Просто во время осады одноименной провинции в 1632 году вино в дубовых бочках застоялось, и получился такой вот необычный крепкий нектар».

«Грозная» монополия Руси кабацкой

Несмотря на то, что у нас такая «историческая конкретика» отсутствует, известно, что первая государственная монополия на водку, (кстати, весьма жесткая, ведь по-другому наши государи не умеют) была введена Иваном Грозным. «Подобное неравнодушие властей к водке, использование ее в целях обогащения государственной казны, начатое во времена Ивана Грозного, стало традицией и для нынешнего российского правительства»,- подмечает директор музея.

Грозный развернул монополию с помощью кабаков. Первый, так называемый, царев кабак появился в московском районе Балчуга, в те времена наигрязнейшем районе столицы. Царев кабак представлял собой обыкновенный сруб, на крышу которого ставили березы, а чаще всего елку, которые служили опознавательными знаками заведения. Завсегдатаями царевых кабаков были опричники. В задачу кабатчика входило обобрать зашедшего мужика до нитки. Люди буквально вывались из кабаков в чем мать родила, бывало что и детей пропивали».

Известно, что Грозный был царем серьезным: ежели что «не по его» – сразу в смолу. Так что хозяева кабаков исправно выполняли свою миссию, и деньги текли в казну рекой. По Руси гуляло пьянство. Кстати, то, что слово «кабак» в наши дни нередко применяется как уничижительное по отношению к питейному заведению – отголосок того смутного и беспробудного времени.

Православные рот перекрестят, да и пьют

«Русскому православному человеку всегда было свойственно искать виноватых, — улыбается Елена Ивановна. — Так и с выпивкой – мол, черт меня дернул, вот и перебрал. В связи с этим появилась даже отдельная линия графинчиков по 0,61 литра, внутрь которых помещалась фигурка чертика с вилочкой и стаканчиком – черт предлагает выпить. То есть все свои «подвиги», которые после возлияния сотворил пьяный человек, он мог легко объяснить воздействием нечисти. Если вы замечали, то в исторических кинокартинах нередко встречаются эпизоды, как во время застолий герои, перед тем как выпить, крестятся».

Но кампания черта-собутыльника устраивала, конечно, не всех. Так, традиционными для русских застолий были и другие графины, внутри которых помещались декоративные петушки. Историки смеются, что это было неким мерилом потребления спиртного: сначала выпивали: до гребешка, затем до клювика, потом до крылышка, а кончалось все, по обычаю, шпорами…

Есть в экспозиции музея «Русское застолье» неприметная с виду бутылочка из мутного стекла с выгравированной надписью «Товарищество Чекушкин». Под такой фамилией жил в Санкт-Петербурге производитель концентрированного вина. «Товарищ» Чекушкин выпускал маленькие бутылочки с ризочками, предназначенными для удобства разбавления его хмельного концентрата. Век минул, а маленькую тару у нас до сих пор так и называют «чекушкой».

Между тем, четыре века к ряду на Руси мерили водку ведрами. Как рассказала директор музея, русское винное ведро, датируемое 1875 годом, имеет вместимость 12,3 литра, а стандартная бутыль того времени была 0,61 литра, то есть составляла 1/20 объема ведра. Со времен Петра I в России повелось наливать горькую в штофы. Кроме того, что это была необычная для русского человека форма тары — прямоугольное или квадратное основание и вытянутое горлышко, штофы также стали выполнять функцию мерной посуды для алкоголя. Его стандартная емкость была 1,23 литра».

Можно сказать, что история экспорта русской водки в заморские страны тоже берет начало со штофа. Так, 1791 года царица Екатерина взяла за привычку выслать в западную Европу в подарок коронованным лицам изящные штофики с горькой.

Директор музея демонстрирует раритетные и уникальные 150-летние сосуды. Среди них — очередная гордость музея — штоф, выполненный на 300-летие дома Романовых, с изображением герба российской империи — двуглавого орла, символом Романовых – грефона – и вензелей всех Романовых, начиная от Михаила и заканчивая, как свидетельствуют трагические страницы истории, последним — Николаем II.

Штрафную ему!

К слову сказать, и сами русские правители не всегда знали меру. В отношении алкоголя тоже. К примеру, есть достоверная история о том, откуда повелось наливать штрафную рюмку опоздавшим. По словам Елены Архаровой, прототипом так называемой «штрафной» стопки является рюмка на высокой ножке, у которой не было основания. Вместимостью такая рюмка была от трех литров и выше. Русские цари нередко расправлялись на своих пирушках с недоброжелателями, предлагая им выпить такую «штрафную». Ведь чаша, поданная от государя, должна была выпита до дна, да и, пригубив, поставить ее все равно не получится. «При помощи таких чар Иван Грозный ни одного человека на тот свет отправил, — комментирует директор музея. — Очень популярна «штрафная» была при Петре I. С помощью нее он не только языки развязывал, кому надо, но и сводил личные счеты. Например, известно, что однажды он предложил такую рюмку водки своему сопернику, к которому приревновал любовницу, и таким образом расправился с ним».

Пожалуй, оригинальность русской души как нельзя ярче раскрывает и другая история — о том, откуда произошел тот самый знаменитый жест пощелкивания по шее, когда возникает предложение выпить. «Когда было построено здание адмиралтейства, на его крышу никак не могли водрузить флюгер — никто не мог сообразить, каким способом это можно сделать, ведь тогда не было ни вертолетов, ни верхолазов, — рассказывает Елена Ивановна. — Однако нашелся смекалистый мастеровой, который предложил Петру I свой проект. Государь решил щедро наградить работника и предложил ему мешок денег. Но мужичок попросил, не может ли вместо денег царь-батюшка сделать ему «для души приятно», то есть так, чтобы в любом кабаке ему бесплатно и сколько угодно наливали? Петр I согласился. Дело оставалось за малым – выписать в канцелярии соответствующую бумагу. Но мужик-то был смышленый и, зная до какого беспамятства, бывало, напивался, предложил шлепнуть печать прямо у себя на шее. Так, приходя в очередной кабак, он постукивал по своей шее – мол, наливай, самого царя соизволенье».

Перечислять интересные факты и забавные приключения, связанные с 40-градусной, можно до бесконечности – обширность экспозиции музея «Русское застолье» это позволяет. Тем более, что за всю многовековую историю нашего государства и, в частности, нашей водки, власти неоднократно пытались ее то запрещать, то на ней заработать. В связи с этим русская водка иногда вершила судьбы, а, бывало, и дарила счастливый случай. Как русская рулетка. Вообще, мы, русские, большие оригиналы и национальный напиток выбрали не спроста.

Оксана Матюнина

Оставьте комментарий


Саке в винном бокале

Королевство белого вина

«Трахтен» @ beer

Вино в «северном» стиле

Кровь и вино